Е. Онегин (рок-опера)

Онегин:

Я еду посредством коня
В направлении дяди.

Хор:

Онегин! Твой дядя умрет.

Голос с неба:

Вот-вот.

Татьяна (в предчувствии любви):

О-о-о.

Няня, мне трудно вдыхать кислород,
Няня, зажги мне свечу,
Открой мне окно, дай мне перо
И я полечу.

Няня:

Иногда нас тошнит от любви.
Это значит, нас любят не так.
В наше время от этого хочется выть,
А нельзя никак.

Татьяна:

Дура, дура, дура я,
Дура я проклятая.
У тебя четыре дуры,
А я дура пятая.

Онегин (сварливо):

Это твой номер, номер, номер, номер.

Татьяна, плача, убегает.

На сцену выскакивает Ленский, держа пулемет в правой руке так, что приклад находится на уровне левого уха, а дуло упирается в левое бедро. При этом он напевает в микрофон, расположенный на затворной раме. Причем правый локоть Ленского упирается в левую бровь.

Ленский (кокетливо):

Тра-та, тра-та-та-та-та, та-там.

Онегин:

Бац!

(Ленский падает)

Бац!

(Ленский корчится на полу)

Бац!

(Ленский дергается и умирает)

По пустой сцене, затянутой брезентом, бредет Вера Павловна в ночной сорочке, с алюминиевым огурцом в руке.

Вера Павловна:

Я срываю алюминиевые огурцы, а-а,
На брезентовом поле…

Г. Уэллс (обращаяась к А. Хаммеру):

Ей виднее. Она к богу ближе.

Онегин (горестно):

В каком-то гнезде из яиц вылупляется Птица Удод.
В сторону птиц я направлю свое лицо.